Вместе. «Я тоже хочу», режиссер Алексей Балабанов

А я а я тоже хочу

Алексей Балабанов впал в высокую простоту. «Я тоже хочу» — реалистическая сказка про надежду на счастливый конец без хэппи энда шести персонажей. Новаторский жанр. Эта сказка должна быть названа ересью. Ее мечтает достичь каждый настоящий художник, включая прирожденных режиссеров. Удается не всем. Ровно так же не всех забирает в этом фильме колокольня, оставляя страждущих счастья — счастливой смерти (или жизни после смерти) умирать на снежной земле, в ледниковой эпохе. Неподалеку от еще теплого Питера.

Жанр или стиль этого фильма Балабанов называет «фантастическим реализмом» без всякого привета Федору Михайловичу. Просто, совсем просто, герои — Бандит, Музыкант, Матвей и его отец собираются в путь к колокольне счастья, откуда никто еще не возвратился, но куда все будто бы мечтают попасть.

Поди туда, знаю куда. Возьми то, знаю что.

Но если перестать радоваться тому, что в России все еще снимают качественное кино, и попробовать оценить новую работу знаменитого режиссера, что называется, по гамбургскому счету, то все оказывается совсем не так замечательно.

Начать нужно с того, что новый отечественный фильм, на мой взгляд, снят в устаревшем художественном стиле. Сопровождаемые русским роком долгие прогулки хмурого героя по грязным улицам были актуальны в кинематографе СССР во второй половине 1980-х годов, поскольку каждый элемент такого эпизода тогда нес в себе политический подтекст. Грязь на улицах резко противоречила заявлениям советской пропаганды, которая совершенно безосновательно утверждала, будто улицы в СССР – самые чистые в мире. Бесцельная прогулка хмурого парня сразу же отделяла его от героев идеологически выдержанных картин – идиотски жизнерадостных рабочих, которые не тратили зря ни минуты и большую часть времени проводили на родном заводе. А уж звучащий за кадром русский рок, очень не любимый цензурой первого в мире социалистического государства, окончательно убеждал даже самых невнимательных зрителей в том, что главный герой этой истории скептически относится к советской идеологии.

Но за прошедшие с тех пор четверть века многое изменилось. Рокеры перестали быть безоговорочными кумирами молодежи (хорошо это или плохо – другой вопрос). Грязь в городах сейчас доказывает не ущербность государственного строя, а профнепригодность местных градоправителей. Задумчиво бродить по улицам сегодня могут самые разные люди – от наркоманов в поисках дозы до русских фашистов, от ультралевых до борцов с незаконными вырубками деревьев и сносом исторических зданий, – так что ни прогулки, ни грязь, ни рок сейчас ничего не доказывают и не объясняют.

Кстати сказать, русский рок – тоже вполне по-перестроечному – звучит (с очень небольшими перерывами) с первых до последних кадров новой отечественной картины. Не знаю, кого как, а меня это отнюдь не порадовало. Во-первых, песни группы "АукцЫон" вообще и Леонида Федорова в частности мне не нравились даже в пору расцвета русского рока, и свое мнение я не изменила до сих пор. Во-вторых, в качестве саундтрека использовано всего несколько песен, поэтому каждая из них звучит в ленте как минимум два раза, и такие повторы сильно раздражают. Видимо, кинематографисты работали для зрителей-склеротиков, которые не помнят, какую музыку слушали полчаса назад… В общем, и кормят не ахти, и порции слишком маленькие.

Нам приходилось одевать трупы. Трупы были разными: несколько живых на крупном плане — их играли жители Бежецка, и манекены — штук пятьдесят. Манекены были обыкновенные — пластмассовые, негнущиеся, поэтому чтобы уложить их в какие-то человеческие позы, им обрезали руки и ноги, и художники согнули им локти и колени при помощи паяльных ламп и других зверских средств. Алексей Октябринович хотел, чтобы они носили одежды разных оттенков черного: темные носки, рубашки, свитера, костюмы. Всех, кто был на переднем плане, мы одели в очень приличную одежду, которую взяли напрокат: солидные костюмы, пальто, роскошные ботинки. И вот один раз приходим на склад, а одного красивого трупа нет. И самое приличное пальто сперли. В другой раз приходим — труп лежит, а одежды на нем нет. А в третий раз пришли и увидели, что все трупы лежат по стеночкам, а одежда их приколочена к стене гвоздями и обувь прикручена шурупами. Все дырявое. Это декораторы так решили бороться с воровством. Одни ботинки было жалко до слез. Они были дорогущие, из змеиной кожи.

«Приходим на склад, а одного красивого трупа нет. И самое приличное пальто сперли»

Единственная наша девушка-актриса, которая играла проститутку, на самом деле учится на режиссуре у Снежкина. Ее зовут Алиса, и она замечательная — все вытерпела. Однажды ей надо было бегать по кадру голой. Мороз жуткий, снега по пояс. Мы придумали прятаться в кустах и окапываться в снегах на конечной точке, до которой она бежала. Происходило все следующим образом: выводили Алису, в валенках, завернутую в шубу, по команде «Мотор!» она из валенок выпрыгивала, шубу с нее сдергивали, она бежала, пока не кричали «Снято!». Тут же из сугроба выскакивал человек, который помогал ей натянуть валенки на окоченевшие ноги и заворачивал в плед, дальше она бежала к другому человеку, который прятался с одеялом в соседнем сугробе, потом к третьему — и так актрису выводили к теплой машине с электрическим одеялом. В общем, Алиса молодец.

Ощущения от этого фильма, впрочем, как и от других фильмов Леши, у меня такие: он снимает все вживую, ничего не придумано, все та же грязь и мрак, но странное дело — натурализм есть, а на экране все равно какая-то фантастика. И ты не понимаешь — как это, что это такое. Это всегда чувствуется животом, мозгами этого не понять».

Н.КАРЦЕВ: Мы говорим не о России, мы говорим о конкретном фильме, о конкретном авторе.

М.ГОЛОВАНИВСКАЯ: Я говорю о конкретном фильме конкретного автора. Он снят в эстетике распада. Все, что там показано, это эстетика распада.

Н.КАРЦЕВ: Кто ж ему запретит? Это настоящее.

М.ГОЛОВАНИВСКАЯ: Никто. Но я вижу другое настоящее.

ЕВГЕНИЙ ВАСИЛЬЕВ, кинокритик, кандидат философских наук: К сожалению, главная проблема этого фильма, что режиссер не договорил в отличие от "Кочегара", от "Груза 200". Фильм спустился в программу "Невероятно, но факт", когда якобы двое спасаются. Люди, вы представьте, мы реально-то все умрем. Что же вы играете в поддавки? Раньше Балабанов держал планку на очень высоком уровне, когда он снимал и "Груз 200", когда всех мочил в "Морфии". А теперь он подыгрывает. Правильно сказал человек, что это какое-то псевдоправославие получается.

Н.КАРЦЕВ: Там никто не выжил. Кому подыгрывать?

Е.ВАСИЛЬЕВ: Оскар Уайльд сказал, что в жизни есть две трагедии. Одна, когда все желания не сбываются, вторая - когда сбываются. И самая страшная трагедия – когда сбываются. Не надо было в один фильм две трагедии вмещать. Если бы он замочил всех пятерых героев, это был бы фантастический фильм, это был бы вообще лучший фильм.

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ, писатель: Мне кажется, мы все очень глубоко копаем. Тут прозвучало про подлинность. Там есть один кадр, один эпизод, совершенно точно не подлинный. И, на мой взгляд, он, может быть, даже и ключевой. Это когда приходит обнаженная героиня зимой, когда они сидят вокруг костра, и один из героев снимает шубу или полушубок, или какое-то пальто с трупа. И так этот труп ловко сгибает руки-ноги, как не бывает на самом деле. То есть совершенно понятно, что это довольно условная вещь. И труп не может быть свежий, потому что это все давно произошло. То есть те правила игры, которые там заявлены... Мне кажется, что какая-то здесь есть неточность, просто так удобно было режиссеру снять. Но дело даже не в этом. Я хотел другую мысль сказать. Почему мы глубоко копаем? Прозвучала мысль про "Сталкера". Действительно, можно увидеть определенную параллель, там вот, как герои едут...

И.ВОЛОШИН: В этом рекламном ролике. Land Cruiser.

А.ВАРЛАМОВ: Рекламного ролика я не видел.  Я другое хочу сказать.   Я  фильм "Сталкер" очень любил, когда был студентом, еще тогда он только появился, вышел на экраны. И я помню, как-то пришел к нам в университет, где я тогда учился, Лев Александрович Аннинский, кстати говоря, частый гость "Закрытого показа". И Аннинский в ответ на такие наши восхищенные вопросы "Ах, "Сталкер", "Сталкер", сказал: "Да что такое "Сталкер"? Это умные разговоры на фоне  свалки". У Балабанова нет умных разговоров на фоне свалки, у него идут обыденные разговоры. И у меня такое ощущение, что фильм вовсе не про поиск счастья, не про поиск истины. Это совсем другая история. Это история о том, как мужики едут на зимнюю рыбалку на джипе. Им рассказали про то, что есть какое-то заповедное озеро, на котором ловятся огромные рыбы, рассказал какой-то местный рыбак. Вот они собрались, по дороге взяли девушку, приехали. Рыбы нет, рыба не клюет, рыба ушла, все эти судаки куда-то делись. Вот они сидят у костра и тоскуют. Наутро встречают еще одного мужика, который там поскользнулся, руку сломал, режиссер. И тоже они все обсуждают, что клева нет, счастья нет. Вот об этом фильм.  Ничего плохого в этом нет, поэтому я и говорю, чего копать-то?

А.ГОРДОН: Одну секунду. Я хочу продолжить этот эпизод в обсуждении, потому что, конечно же, Алексей Николаевич, скорее всего, не снимал пальто с трупа. Но я точно знаю, что в этой ситуации он снял бы пальто не с трупа, а с себя. Что никто из персонажей не делает, да? Почему? Это, значит, какая-то тоже у нас новая мораль по Балабанову? Почему, чтобы обогреть девушку, которую раздели шуткой, нужно пальто с трупа, а не с себя?

Н.КАРЦЕВ: Если люди раздели девушку в шутку, неужели, они тогда снимут еще и пальто с себя? Правда этого фильма в том, что там ничего не придумано, потому что только эти люди могли появиться только у этого режиссера только в этих обстоятельствах. Это и есть Балабанов, и есть его кино. В этом он и есть настоящий.

А.ГОРДОН: Секунду. Тут есть противоречие. Если уж это исповедь, да? На хрена нужен был весь остальной фильм, если можно было бы снять просто Алексея Балабанова, сидящего со сломанной ногой, рукой, не важно, трезвого или пьяного, больного или здорового, который глядя в камеру бы сказал: "Ребят, вы не поверите. Счастья хочу. Поверьте, я тоже как и вы хочу счастья". И что бы изменилось?

Н.КАРЦЕВ: Крайне не согласен. Фаулз "Волхва" написал ради двух последних строчек. Но он до этого написал 800 страниц для того, чтобы они дошли.

А.ГОРДОН: А здесь они не написаны. Вот в чем дело. Но об этом мы поговорим сразу после рекламы.

Обсуждение после показа фильма (вторая часть)А.ГОРДОН: Первый канал, "Закрытый показ", фильм Алексея Балабанова "Я тоже хочу". Я же не лукавил, когда говорил, что это, наверное, самое тяжелое обсуждение за все время, что я тут стою. Вы сказали, что каждый фильм Балабанова – это так или иначе такой художественный документ эпохи, что по нему могут там судить, как мы... Я не совсем с этим согласен, потому что мы, все-таки, при всем уважении к художнику в разные эпохи живем. Я живу одним, он другим. Все равно сейчас нет одной эпохи. Если была одна эпоха, мы бы знали, на каком языке обсуждать это кино. Ее нет, этой эпохи. Мы мучительно сейчас изобретаем язык для обсуждения очень личного, очень герметичного, очень исповедального высказывания. Поэтому я не понимаю, что я здесь делаю.

Сергей Сычёв

В фильме, кажется, будет развита музыкальная часть. Что там будет звучать, кроме «Аукцыона»?

Сергей Сельянов

Может быть, и ничего. Предполагается разнообразная, но единая музыкальная ткань. Не исключено, что что-то добавится на стадии пост-продакшна, потому что окончательно музыка утверждается после монтажа. Но в основном это будет музыка Лёни Фёдорова, она очень хорошо ложится на фильм.

Сергей Сычёв

Это готовые композиции или Фёдоров что-то написал специально для фильма?

57% (14) Зритель оценил(а) в 10 из 10

75% (4) Ева Мартынова оценил(а) в 7 из 10

Мне частушки петь с ними хочется.

31 Итак не заботьтесь и не говорите: что нам есть? или что пить? или во что одеться?

32 потому что всего этого ищут язычники, и потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом.

33 Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам.

Итак не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний [сам] будет заботиться о своем: довольно для [каждого] дня своей заботы.

(Матф.6:30-34)

И когда она подходит к огню, у нее с Бандитом происходит примечательный диалог, показывающий, как она просто восприняла все тяготы и испытания дороги, несмотря на мороз и на то, что разбила ноги в кровь:

Б.: Холодно?

П.: Да не так, чтобы очень.

«Вот и всё. Какой конец света? Папа умер, а счастья не увидел». Я хотела эту реплику вынести в эпиграф, но одернула себя. Слишком интимная, и, может быть, она главная в фильме. Или в жизни каждого из нас, кто знает про смерть папы, мамы.

Трое из машины отправились к колокольне. А Юра остался копать могилу в ледяной земле. Светало. Впереди — колокольня. В нее вошла Люба, испарилась облачком ввысь. Музыкант вошел, испарился туда же. Вошел Бандит, вышел. В воздухе гудит шум, слышится эхо вроде бы взрывов. У колокольни сидит Балабанов. На вопрос «ты кто?» отвечает прямо: режиссер, член Европейской киноакадемии. Одинокий водитель знакомится: «А я просто бандит». Тут они обменялись общим желанием счастья и направились в церковь. Там жарко горели свечи, но было зябко. Вернулись назад. Балабанов рассказал, как школьником нашел под Челябянском мертвое озеро черного цвета. Дал и себе эпизод-воспоминание. И, чуть подумав, упал. Рядом остался портфель. Настоящий, с которым он по Питеру ходит, в котором компьютер. Бандит повертелся, покрутился, поорал «я тоже хочу» — и тоже упал.

«Кочегар» был расчислен, как математическая формула, во всей немыслимой красоте, ритме, поэзии. Абстрактной и чувственной. Внутри, за пределами той поэзии/математики, кипела, жарилась в огне, стыла на морозном воздухе античная трагедия рока.

Буквальность фильма «Я тоже хочу» в фантастическом достоинстве инфантильных или зрелых — реальных без прикрас персонажей. И в художественной ереси Балабанова.

А вообще, я не понимаю, зачем знаменитый режиссер снимал эту ленту. Убейте меня – я не поверю, что Балабанов на полном серьезе сочувствует персонажам, которые словно Марфуша из сказки "Морозко", орут: "Хочу счастья! Всего и сразу! Хочу-хочу-хочу!" На эти вопли может быть только один ответ, впервые прозвучавший в другой мудрой сказке: "Хочется? Перехочется!" Но и особого осуждения потребительской позиции героев я в новом отечественном фильме тоже не вижу. Если же постановщик решил слукавить – снял двусмысленное кино, которое обычные зрители должны принять за чистую монету, а интеллектуалы – за артхаус с надежно спрятанной в кармане режиссерской фигой персонажам, – то это принципиально неправильный подход. Так называемые простые зрители наиболее требовательны; недаром из огромного советского кинематографического наследия они помнят только настоящие шедевры. И в данном случае хитрец стал главной жертвой собственных козней.

Но мне все же кажется более вероятным, что Балабанов, не мудрствуя лукаво, просто снял простенький условно-фантастический боевик, не сомневаясь, что критики непременно найдут в нем полтыщи философских подтекстов. Найдем – куда же мы денемся… Так что любителям искать смысл всей ленты в корзине с котятами, появляющейся в кадре на три секунды, новая работа легендарного режиссера наверняка понравится, как и всем поклонникам его творчества. Обожатели "клубнички" найдут массу эротики гораздо откровеннее, фанаты Леонида Федорова хоть круглые сутки могут слушать его песни на лицензионных альбомах, тем, кого заинтересовала тема Зоны, я очень советую прочитать "Пикник на обочине" и посмотреть "Сталкера" . А новый фильм Балабанова вызвал у меня искреннее недоумение.

Светлана Степнова29-01-2013

Поделиться статьей

Комментарии

Комментариев еще не оставлено
В случае ответов Вам придет уведомление